Фильм «Алиса в стране чудес»

Апрель 7, 2010 by i16.ru | Filed under 2010, Архив, Избранные публикации "МТ", Культура / Шоу-бизнес, Страницы из блокнота.

Время для джиги дрыги

Несколько слов об Алисе

Рассуждая о долгожданной экранизации «Алисы в стране чудес», не хочется как мантру повторять слова о замечательной игре Джонни Деппа, о правдоподобности Чудесного мира, о таланте Тима Бертона как режиссера. Об этом написано немало…

…Интереснее устремить взор в сторону Льюиса Кэрролла. Как говорил Альфред Нобель, почти все великое создается с невинными и скромными намерениями. 32-летний оксфордский математик искренне пытался развлечь во время летней прогулки по жаре трех дочерей своего декана Генри Лидделла – Алису, Шарлотту и Эдит. Он проплыл с ними в лодке от моста Фолли до деревни Годстоу, название которой в переводе означает «Божье урочище», и все три часа пути потешал всякой ерундой, которая лезла в голову, причем Алиса требовала, чтобы приключения были как можно более дурацкими, а Эдит беспрерывно перебивала рассказчика вопросами.

Доджсон, сочинявший юмористические рассказы и печатавший их в приложении к «Таймс», оценил собственный абсурдный вымысел и к Рождеству записал историю, а потом, расширив почти вдвое, издал. Было это в 1865 году. С тех пор имя Алиса сделалось культовым, а сновидческий, абсурдистский метод, к которому прибегнул автор, породил целую школу, лучшим учеником которой был, конечно, Франц Кафка. Кстати, братья Стругацкие в «Улитке на склоне» прилежно воплотили все лучшее, что они почерпнули у Кэрролла.

В детстве «Алиса» стала едва ли не самым большим моим читательским разочарованием: я ждал от этой сказки бог весть чего, а она оказалась скучной и мрачной, как дурная бесконечность детского кошмара. Мне кажется, эта книга не для детей, хотя и среди них находятся любители абсурда. Я оценил ее значительно позже, будучи на курсе втором, и считаю это творение одним из лучших исследований по психологии тоталитаризма.

Почему для таковой фантастики лучше всего годится метод Кэрролла – пространство сна? Потому что тоталитаризмом как раз и называется образ жизни (и мысли), управляемый не логикой, а больной, извращенной прихотью, подчас и фантазией. Так и устроены наши кошмарные сны, в которых нами тоже распоряжается чужая воля. Сон складывается из хаотически смешанных картинок, и перезапустить его сценарий мы бессильны: мозг избавляется от того, что его мучает, и мы не можем заставить его бросать эти картинки в топку в строго определенном порядке. Как хочет, так и тасует – отсюда, как мне кажется, и навязчивый кэрролловский образ карт.

Как писал классик, сон разума рождает чудовищ: сознание спит, усыпленное усталостью, снотворным или массовым гипнозом, хлещущим отовсюду. С этого усыпления сознания, кстати, и начинают все диктатуры. А потом пирует подсознание, не желающее знать законов, правил и ответственности. Это абсолютное бесправие может позабавить, потом испугать, а потом взбесить, как и происходит с Алисой.

История Алисы последовательно проходит через эти три фазиса – гротеск, паника и протест. Ее негодующий крик – «Вы ведь всего-навсего колода карт!» – страшным эхом отозвался в реплике Пастернака в разговоре с Тарасенковым – о том, что в сталинизме нельзя искать логику: «Мы тасовались, как колода карт». Автор «Доктора Живаго» читал и ценил «Алису».

«Алиса» ставит перед читателем вечный вопрос: хорошо, вот ты попал в мир, где все не по-людски, и все представления вывернуты. Что делать? Как себя вести? Алиса пробует разные варианты: сначала ей просто весело, как всякой девочке, уставшей от строгого порядка и попавшей в царство Великой Путаницы. Потом, как и положено воспитанному человеку в невоспитанном мире, она пытается подладиться, играть по правилам, пока не понимает, что они-то отсутствуют. Она и сама хотела бы поучаствовать в абсурде, но здешний мир переабсурдит все ее тщетные старания. Дальше начинается ужас, потом гнев – и вожделенное пробуждение.

Ребенка задурить трудней всего: он интуитивно понимает, кто хороший, а кто плохой. Видимо, надо просто помнить: все они только карты. Можно смеяться, можно и гневаться, но главное – не играть в этот их крокет, не хватать фламинго за ноги и не бить по ежам. Тот, кто заиграется по этим сонным правилам, может никогда не проснуться.

И экранизация Бертона полностью передает идею «Алисы». Плюс развлекает «веселыми картинками». Долой кровавую королеву! Да здравствует Шляпник, танцующий джигу дрыгу!

Фарид ХАЙРУЛЛИН


Tags: , , , , ,

Comments are disabled